Основы мясной экономики

Основы мясной экономики
Евгений Ерошенко
Опубликовано в №7 (147), июль

ОАО «Василишки» еще с советских времен известно своими достижениями в свиноводстве. Сегодня, чтобы сохранить лидерские позиции, хозяйство стремится к диверсификации, в целом оставаясь верным животноводству. О том, почему нельзя класть яйца в одну корзину, о нюансах рентабельности и об особенностях формирования розничных продаж «БСХ» рассказал директор хозяйства Владимир Серехан.

 

Инновации как гарантия успеха

— «Василишки» всегда воспринимались в первую очередь как свиноводческое хозяйство. На сегодняшний день ситуация изменилась?

— Чисто на свиньях мы специализировались, когда был совхоз-комбинат «Василишки» — с 1987 года. На тот момент это был самый крупный селекционно-гибридный центр в Гродненской области — на 45 тыс. голов. Нашей целью была продажа племенного молодняка. Мощность тогда составляла 20,7 тыс. голов в год реализации племенного молодняка. Аналогичные центры были в каждой области. К сожалению, после распада СССР спрос на племенных животных так и не восстановился до прежнего уровня.

— Каково соотношение различных видов деятельности в вашем хозяйстве?

— По валовой продукции животноводство и растениеводство соотносятся как 81 и 19 %. Что касается товарной продукции животноводства, то в ней 56 % пришлось на реализацию свиней, 20 % — на молоко, 11 % — на реализацию КРС.

Предвосхищая вопрос о молоке, скажу, что «Василишки» содержат молочное стадо в 4 962 головы. Годовой удой от коровы — 6 032 кг, к концу этого года планируем выйти на 6 350 кг при параллельном наращивании поголовья. В целом за два последних года удой на корову прирос более чем на 1 000 кг.

— Есть ли вероятность, что в будущем хозяйство вернется к первоначальной специализации — выращиванию племенных животных?

— Это в любой момент можно возобновить, как только сложится удачная ситуация на рынке. Качество животных не вызывает вопросов: в 2010 году, когда вводилась в строй репродукторная свиноводческая ферма «Плебановцы», маточное поголовье завозилось из Франции — ландрасы и йоркширы. Чтобы улучшить качественные параметры белорусских свиней, ориентировались именно на европейские мясные породы, т. к. они лучше отработаны. Проблема с реализацией племенных свиней упирается исключительно в финансовые возможности потребителей и ветеринарные проблемы.

— Я правильно понимаю, что сейчас вы стараетесь диверсифицировать направления работы?

— Конечно. Запланированное строительство биогазового комплекса мощностью 1 МВт — один из таких проектов. Решение строить установку появилось три года назад. Собственно, заинтересованность существовала и раньше, но не сложилось. Посчитали, что есть более важные направления и что разумнее будет сконцентрировать усилия на обеспечении стабильности производства.

— Переговоры с представителями австрийской компании, которые вы недавно провели, как-то связаны со строительством?

— Да, «Василишки» включены в программу развития биогазовых комплексов, и австрийцы активно интересуются этим вопросом. Проявляют экономический интерес. Готовы выступать в качестве соинвесторов. Вообще, на конкурс было подано примерно полтора десятка заявок в основном от европейских компаний: немцы, словаки, поляки, литовцы. Среди претендентов были как фирмы, которые уже давно представлены в Беларуси, так и те, кто здесь ранее не работал. Самая сложная задача с нашей стороны — выбрать оптимальный вариант. Планируем к 2015 году отчитаться о выполнении.

— Чей опыт в хозяйстве брали за основу?

— Последний объект, которым мы интересовались, до того как объявить конкурс, — современный биогазовый комплекс мощностью 0,5 МВт в агрофирме «Лебедево».

— Где будет построен объект?

— В непосредственной близости от свиноводческого комплекса. Предполагается, что составляющие отходов — не только от свиноводства — мы будем комбинировать таким образом, чтобы получался максимальный выход энергии. Вообще, технология несложная: живущие в субстрате метанообразующие бактерии вырабатывают газ, далее установка его очищает от примесей, в том числе от серы.

— Как сейчас у вас утилизируется навоз?

— Традиционным древним термическим способом: закладывается в бурт и потом в течение года перегнивает. Жидкую фракцию отстаиваем шесть месяцев и потом вносим ранней весной под сельхозкультуры, в основном под кукурузу.

— Какие проблемы позволит вам решить установка мощностью 1 МВт?

— Мы сможем продавать электроэнергию в систему «Белэнерго». Есть постановление правительства, которое гарантирует в первые 10 лет эксплуатации биогазовой установки покупку электроэнергии с коэффициентом 1,3 от промышленного тарифа. Поэтому выгодно. Побочный продукт — тепло — будет задействован на свиноводческом комплексе. Третий момент: переработанную комплексом органику прекрасно усваивают растения, т. е. мы получаем источник качественных удобрений.

— Это ваш единственный высокотехнологический проект или в планах есть еще что-то?

— Все, что мы хотим реализовать, исходит из общей программы развития ОАО. В ближайшее время нам нужно завершить строительство картофелехранилища на 3 000 т, которое мы реконструируем из бывших животноводческих помещений. Хорошее хранилище получилось, с нужными параметрами климата. Проект разрабатывало ГП «Гродносельстройпроект». Второй инновационный проект — строительство линии по производству элитных зерновых культур. Под него уже закуплены и смонтированы две австрийско-датские зерносушилки Cimbria производительностью 20 т в час. До конца года планируем ввести комплекс в эксплуатацию.

— Семена тоже не для своих нужд?

— Это чистый бизнес-проект стоимостью около 20 млрд белорусских рублей и сроком окупаемости пять лет. Деньги немалые, но оно того стоит. Даже фуражное зерно сегодня недешево, а семенное почти вдвое дороже. Если уж хозяйство имеет статус элитхоза, который дается немногим, это нужно использовать. Мы планируем реализовывать в год до 5 000 т семян, в том числе и на экспорт. В частности, в Россию, где есть районированные белорусские сорта.

Мясо или полуфабрикаты?

— Как вы относитесь к новым техрегламентам на мясо и мясную продукцию? В прошлом году, когда шла речь о принятии новых документов, у производителей были вопросы.

— Свиньи, которых мы продаем, классифицируются по категориям. В Европе же классификация идет по мясности, и среднесдаточный вес в Германии доходит до 125 кг. Известно же, что самый дешевый привес идет, когда животное находится на откорме: корма более дешевые, да и затрачивается их меньше. У нас на I категорию живой вес должен быть не более 105–106 кг, есть и ряд других ограничений. Получается, что разница в цене между I и II категориями невелика, но процент реализации по I категории заметно ниже. Мы в среднем сдаем животных весом 110 кг. При большом весе мясокомбинаты нас просто «режут», оценивая свиней по более низким категориям. То есть, несмотря на то что свинья имеет хорошую мясность, в I категорию она уже никак не попадет. Поэтому мы стараемся держать золотую середину. В целом же выходит, что если мы сдаем по I категории, то очень немного выигрываем в цене, зато не получаем привесов. К слову, шесть-семь лет назад мы считали, что выгоднее всего реализовывать животных весом 130 кг. Если бы у нас был свой мясокомбинат, я бы брал на него более крупных животных, потому что для производства это выгоднее.

— То есть фактически из-за новых регламентов вы теряете деньги?

— Да. До 15 % на одном животном. В прошлом году 7–8 млрд по этой причине недополучили.

— Может ли исправить ситуацию ваша собственная переработка?

— Скажем так, кто имеет переработку, находится в более выигрышном положении. В Европе качество мяса проверяют электроникой. У нас же на мясокомбинате стоит приемщик, который, что и логично, работает в интересах мясокомбината. То есть система несовершенна. Выгоднее всего производить и продавать конечный продукт, который ляжет на стол потребителю. Тот, кто этим производством занимается, и получает наибольшую выгоду.

— С вашей точки зрения, насколько адекватны сейчас цены на свинину?

— Весь ажиотаж связан исключительно с несовершенством ценообразования. Все хотят купить дешевле, продать дороже. При этом есть еще требование насыщать внутренний рынок. Ну и получается, что если выложить на прилавки дорогую свинину, то она как бы никуда не уйдет на сторону. В реальности предприятия должны продавать туда, куда выгодно. На нас ажиотажный спрос на свинину практически не повлиял: «Василишки» почти всю продукцию сдают мясокомбинату.

— Какова рентабельность производства свинины?

— Если вернуться к 2012 году, то после произошедшего тогда повышения цен, которые в то время нас устраивали, рентабельность была 17–18 %. В принципе, нормальной рентабельностью в свиноводстве считается 20 %, так что это были приемлемые значения. Потом же цены полтора года были заморожены и даже уменьшились на 10 %. Это привело к тому, что мы потеряли примерно 22 млрд руб. и в прошлом году наша свинина стала практически убыточной: выше, чем по 30 400 руб., мы продавать не могли. Сейчас, после повышений цен, рентабельность выросла до 4–5 %. Это не тот уровень, который позволяет чувствовать себя уверенно. Всю сверхприбыль имеет мясокомбинат как переработчик.

Мы ведь практически работаем на покупных кормах. В структуре свиноводства составляющая зерна — 70 %. Половину этой доли хозяйство закрывает самостоятельно, но все остальное приходится приобретать через биржу. Белковое же сырье: шроты, рыбная мука, другие компоненты — поставляются через коммерческие структуры. Очевидно, что за последний год цены на тот же шрот не уменьшились.

И снова о кадрах

— Вы говорите, что мясокомбинаты получают большую выгоду, но ведь есть примеры, когда хозяйства со свинокомплексами формируют собственную переработку и розничную сеть.

— Действительно, кто имеет собственные ресурсы и кто имеет возможность дополнительно заработать на переработке или сети фирменной торговли, те в лучшем положении. Правда, для организации такой работы нужно время. Это только кажется, что все просто: переработал — и продавай. Необходимо учесть затраты на создание бренда, раскрутку и т. д. Это большие вложения и риски. Завоевать доверие покупателей непросто. В этом плане хороший пример — минеральная вода. Помните, в свое время был бум и скважины бурили чуть ли не в каждом районе? Потом оказалось, что вода воде рознь. Если покупателям не знакома этикетка, они платят деньги за привычную «Дариду» или «Бонакву».

Есть еще один фактор: если на базе крупного хозяйства делать крупный объект переработки, это неминуемо скажется на тех мясокомбинатах, с которыми мы работаем. А ведь они тоже принадлежат государству.

— То есть де-факто проблема упирается в отсутствие средств?

— Не только. Самая большая проблема — это все же кадры. Где их брать? Даже на небольшое производство нужно примерно 100 человек. Я вхожу в наблюдательный совет Волковысского мясокомбината, продукция которого имеет очень высокий статус. Бренд раскручен. Так вот, на комбинате работает 800 человек, а кадры они собирают в радиусе 60 км, причем берут всех, кого можно подготовить и как-то научить. И это Волковыск — крупный город. От квалификации обвальщика или оператора линии зависит качество. Не все могут выдерживать жесткие требования, и высокие зарплаты тут не всегда помогают.

— На ваш взгляд, животноводство — сложная отрасль?

— Когда все отлажено, люди на своих местах, требования соблюдаются, технология не нарушена, есть понимание ответственности — все просто. Почему я говорю, что животноводство — отрасль сложная? Потому что наладить работу с кадрами, сломать стереотипы, добиться жесткой дисциплины, обеспечить требования к кормам — нетривиальная задача. Выполнять ее нужно не любой ценой, а в рамках нормативов, потому что борьба за урожайность зачастую хоронит себестоимость.

В общем, речь идет об одном и том же, смотря под каким углом воспринимать. Вот два музыканта: один лауреат, второй — посредственность. Инструменты и ноты одинаковы, а исполнение разное. Так и здесь.

Другие материалы рубрики
Цесарка: экологично, вкусно… затратно
Опубликовано в №1 (165), январь

ОАО «1-ая Минская птицефабрика» — является единственным в Беларуси предприятием, которое разводит цесарку на промышленной основе.  Экзотический для промышленного птицеводства вид практически ничем не болеет,...

Лабораторная работа
Евгений Ерошенко
Опубликовано в №1 (153), январь

Дает ли какие-либо преимущества лабораторный анализ кормов? Какие параметры при этом наиболее важны для специалиста? Как часто следует делать такой анализ и какова его стоимость? На эти и другие вопросы корреспонденту...

Технологии под контролем зоотехника
Евгения Мороз
Опубликовано в №11 (151), ноябрь

На молочно-товарных фермах учебно-опытного СПК «Путришки» Гродненского района в нынешнем году планируют получить 6 800 кг молока от коровы. При этом выход телят на 100 коров в хозяйстве составляет 91–92 головы, что...

Рапс на 100%
Алексей Жуков
Опубликовано в №4 (144), апрель

Рапс для ОАО «Агрокомбинат «Южный» является одним из важнейших ресурсов. Он не только приносит деньги, но и помогает частично решить проблему белкового сырья, сэкономить на кормах для основного производства,...

Экстра без секретов
Алексей Жуков
Опубликовано в №8 (160) август

Сегодня в Беларуси несколько перерабатывающих предприятий имеют разрешение на поставки молочной продукции в страны Евросоюза. ОАО «Савушкин продукт» пока единственное реализует это право, экспортируя не только сырьевые...

Пинский виноград: бренд на органической подушке
Александр Ращупкин
Опубликовано в №1 (177), январь

Виноградник ОАО «Пинский винодельческий завод» — это не только производственное звено. Можно сказать, что это единственная в своем роде лаборатория под открытым небом, где на площади 70 га в естественных...

Комментарии
Войти как

Фотоблог БСХ